Boletim informativo Leonitos
Лёвик №24: Когда существительное - прилагательное.
Recolher o boletim de notícias
Compartilhe:

От того, каким именно родом деятельности я занимаюсь at any given moment (преподаю, например, перевожу, или просто говорю на английском) зависит, полагаюсь ли я больше на грамматику или на чувство языка. Безусловно the latter не существует в отдельности от the former и большей частью как раз на нём и основано. Но быстро переключиться между этими двумя типами мышления (назовём это так) не всегда удаётся. Мне случалось бывать в неловких ситуациях, когда я не мог поддержать даже дружескую беседу с товарищами-носителями только потому, что каждую свою мысль оценивал с позиции грамматической правильности.  И зачастую вовсе не в пользу того, чтобы эту мысль озвучивать – так и молчал. Да что уж там – до сих пор иногда молчу. Надо отметить, правда, что не всякая мысль, таким образом отвергнутая, была неверна. Просто язык – это такая система, которая функционирует на уровне глубинных процессов мозга, и проанализировать её настолько же скоро, насколько она работает, получится вряд ли. Но многие из нас, я уверен, такие попытки предпринимают – чаще всего с тем же результатом, что и я. Вот именно на это я бы хотел обратить внимание. А также подписаться под тем, что говорить на иностранном языке (если вы его изучаете) нужно без оглядки на грамматику – с ошибками пусть, с неточностями, но говорить. Совет из разряда тех, которые дать легко, а следовать которым – не очень. Но мы будем пытаться.

Другое дело – когда читаешь текст, да ещё и не свой. Куда ни глянь – везде ошибка мерещится. И хотя к моему коллеге Илье Манышину с этих позиций не подступиться, кое-что меня в его недавнишней статье насторожило. Ошибка – подумал сразу я. Ведь все мы люди, нам ни опечататься, ни ошибиться не чуждо. Но на самом ли деле ошибка? Ведь ошибся даже и не Илья вовсе, а самый что ни на есть Merriam-Webster.

Лёвик №24: Когда существительное - прилагательное.

Было там вот такое предложение: He offered to her after a three months' courtship. А что, собственно, не так-то? Нас в данном случае интересует именно вот эта часть предложения: a three months’ courtship. Для начала с какой областью грамматики мы соприкоснулись?  А с той, уважаемые читатели, в которой существительное, находясь по левую сторону от другого существительного, может его определять – так как это делает прилагательное.

Ну, например, a table leg, a car door, an oil heater. Полагаю, что это примеры понятные. Как и роль существительных table, car, и oil в них – “столовая” ножка, “машинная дверь”, масляный радиатор.

Цель сегодняшней публикации – исследование: может ли three months’ быть прилагательным (ведь именно в таком качестве оно использовано в нашем примере). Но коль скоро мы заговорили о правилах, то давайте вернемся чуть обратно, чтобы начать издалека. Обратимся к великому и незыблемому Майклу Свону (no irony intended).

Во-первых, схема noun + noun работает не во всех случаях. Фундаментально использование существительного в качестве прилагательного призвано обозначить класс или группу, к которым принадлежит слово, которое это существительное определяет. Принципиальным является в этом то, что совокупно такая фраза должна обозначать цельное понятие, легко угадываемое собеседником. Это значит, что table leg этому критерию отвечает: ножка, принадлежащая к классу “столовых”. Не понять, что имеет в виду собеседник, не получится. Но чем дальше мы уходим от “классификаций” к “частностям”, тем невозможнее употребить существительное в качестве прилагательного так, чтобы вас поняли.  

Получается, что a police car – это своего рода класс машин, угадываемый, привычный образ. Но машина, припаркованная возле дома – это не “a building car”. Само это сочетание призвано нас заставить мыслить категориями, и если какая ассоциация и напрашивается, то это “машина, которая строит”.

Поэтому если наше существительное не классифицирует другое, мы вынуждены прибегать к описательным структурам иного рода, например, таким: a car that is parked by the building.

Или же вот, car door – это такой тип двери. Встречается в машинах. Car указывает на класс, а всё сочетание являет собой привычное понятие.  

А, например,  дверь к моему сердцу – это уже о личном, сказать my heart door не получится. В данном случае лучше воспользоваться притяжательным падежом или предложной фразой: my heart’s door или the door to my heart.

Далее по списку у нас использование структуры noun + noun для того, чтобы говорить о назначении предмета: для чего он используется?

  • The one thing I always hate about phone chargers is they get frayed all the time. = Мне в телефонных зарядках не нравится то, что они быстро изнашиваются.

Свон выводит в отдельный пункт сосуды. Сосуды для чего? Для вина, для кофе, для водки в конце концов: a wine bottle, a coffee cup, a vodka shot etc.

Но, коль дело спорилось, и мы уж говорим о бутылке вина, о чашке кофе, о рюмке водки, то эта схема здесь не применима. Нужно говорить: a bottle of wine, a cup of coffee, a shot of vodka.

Вернёмся к притяжательному падежу. Вот некоторые из случаев, когда именно он предпочтительнее.

Если мы говорим о том, кем тот или иной предмет используется.  Так, насест для куриц используется курицами и потому на английский язык переводится с апострофом: a chicken’s roost. Машина для мужчин? Нате: a man’s car. Одежда для мужчин? Тоже можно: men’s clothes. Почему men’s во множественном числе? Потому что на этот случай тоже есть правило (в котором не обходится и без исключений): обычно (и я цитирую Майкла Свона), либо оба существительных в связке noun + noun имеют форму множественного числа, либо оба – единственного.

  • Daddy, I am not gonna wear this! This is a girl’s hat! A girl’s one! = Папа, я не надену это! Это же девчачья шапка! Девчачья!

Вот это girl’s можно чаще встретить во множественном числе – a girls’ hat (что очень спорно), но об этом ближе к концу.

А законным же исключением из последнего пункта является a women’s magazine, a women’s hat etc.

Кроме того, среди прочих исключений у Свона числятся региональные различия между британским английским и американским.  Когда в Англии скажут, например, a baby’s bottle, в Штатах скажут a baby bottle.

Интересен и следующий пункт: продукция животного происхождения, добытая у живого животного (excuse the repetition) - апостроф нужен (a hen’s egg, sheep’s wool). А если животное, это, того – убили, то и апостроф лепить не к кому. Некому теперь принадлежать овечьей шкурке! Прочие примеры: a beef burger, a chicken soup, parrot feathers. Что ж, логично.

Ещё один важный пункт сразу перед тем, как перейти к следующему – части тела. Если человек или животное – то с апострофом (a child’s heart, a woman’s reproductive system, a giraffe’s neck), а если неодушевлённый предмет – то притяжательный падеж не нужен (computer screen, car engine, phone battery).

И вот мы почти у развязки нашего исследования. До сих пор мы говорили о случаях, когда в качестве прилагательного выступает одно-единственное существительное. А ведь слов может быть несколько: в роли прилагательного могут выступать целые фразы и предложения.

  • Shall we go for lunch? – Yeah, I know a place close by where they have an all-you-can-eat offer on. = Пойдём пообедаем? – Ага, я тут место рядом знаю: у них платишь – и ешь, сколько влезет.

Но в рамках данной статьи нас интересуют фразы, которые имеют в своём составе числительное + существительное. Относительно этой схемы всегда существовало такое правило: все её участники должны быть приведены в форму единственного числа.

  • Can I have that two-dollar pen, please? – Sure, there you go. = Можно мне, пожалуйста, вон ту двухдолларовую ручку? – Конечно, вот, пожалуйста.

Как видите, слово dollar употреблено без окончания s. Это – правило. В его единственном подпункте же говорится, что: правилу этому следовать всегда, за исключением тех случаев, когда слово существует именно в форме множественного числа, и употребить его в форме единственного – значит, изменить в корне смысл фразы.

То есть, например, чтобы гонка вооружений не превратилась вдруг в гонку рук, нужно говорить не arm race, а arms race. Поэтому же мы говорим, например, eye glasses lens.

Что же касается периодов времени длиною в две недели, три месяца, или пять, например, лет, то тут правило действует всё то же самое: единственное число.

  • Chief, I think I may be needing, like, a two-week vacation in September. = Начальник, мне, наверное, отпуск понадобится двухнедельный в сентябре.

Я повторюсь: если это прилагательное, то пишется оно через дефис, и существительное, входящее в его состав, обязательно в единственном числе. Артикль в таком случае относится к vacation

Кроме того, о периодах времени мы можем говорить еще и с помощью притяжательного падежа.

  • All right, ladies and gentlemen, this would be all. I’ll be seeing you in three months’ time. = Итак, дамы и господа, у меня всё. Увидимся через три месяца.

Многие существительные могут быть во множественном числе и выступать в роли прилагательного – с апострофом. И тут мы приходим к довольно парадоксальным выводам. Можно говорить writers’ conference, artists’ convention, readers’ club и так далее. Но можно ли говорить a writers’ conference, an artists’ convention и т. д. ? Ощущение такое, что иначе и не скажешь: "I am going to a readers’ club" слух cовершенно не режет. Но в этом-то и интерес: по идее мы не можем использовать неопределенный артикль со множественным числом существительных, а если он относится к слову club, то тогда получается, что readers’ – это прилагательное. Which... it isn’t? Да вот вроде и isn’t, а вроде бы и is – если не по форме, то по функции. Так что со временем этот апостроф и вовсе пропал во многих словах – например, Human Resources Department.

Возможно, это и не совсем ошибка. Возможно, что артикль в a writers’ conference относится не к какому-либо из этих двух слов в отдельности, а ко всей фразе. Которую как будто бы принято воспринимать неделимой. Это как раз таки может объяснить отсутствие в ней апострофа: если вслух это звучит нормально, то на письме этот апостроф “режет глаз”. То ли дело сделать из существительного writers’ прилагательное writers – тогда всё становится на свои места.

В конечном итоге английская грамматика запутывается. Даже Майкл Свон в заключительном пункте только руками разводит: мол, настолько тут чёрт голову сломит, что ему одному и ведомо: когда ставить апостроф, а когда – обходиться без него.  

Что же касается нашего примера a three months’ courtship, то тут мы имеем дело с чем-то вроде того же a writers’ conference. Но официальной поддержки эта версия не находит: пишем либо через дефис в единственном числе и без апострофа, либо без артикля и дефиса – но с апострофом.

Возможно, подобный казус берёт начало в том, что в единственном числе и месяц, и год, и неделя с артиклем употребляться могут (и должны) – a year’s contract, a week’s romance. Короче говоря, тут не всё чисто, и наше исследование тоже зашло в тупик, как и многие иные до нас.

To stay on the safe side, лучше следовать букве правила – хотя бы в отошении периодов времени. Потому как в остальном (и в этом сходятся многие справочники) использование множественной формы существительного в схеме noun(s) + noun всё больше похоже на норму: что раньше было запрещено, теперь можно: a books fair, an antiques shop, a flowers stall.

На этом поставим точку с запятой: тема до конца не раскрыта, и мы к ней ещё обязательно вернёмся.

Всем удачной рабочей недели!

 

 

 

Be catching you on here,
Yury Nekrasov,
Enthusiast of all things English.
ny@puzzle-english.com

DSC_4449